Мои мама и бабушка – блокадницы

Мои мама и бабушка – блокадницы. Жили сначала в коммуналке на Фонтанке, в угловом доме на пересечении с Вознесенским проспектом. Дом разбомбили в начале блокады, и жильцов расселили. Потом жили долго и счастливо в другой коммуналке – на улице Плеханова (Казначейской), дом 45, напротив Максимилиановской поликлиники. Та, другая коммуналка, не была разбомблена до конца войны и пошла на капремонт только в 60-е.

О блокаде блокадники не любят вспоминать. Помню, как просила бабушку «Ну, расскажи какую-нибудь историю блокадного дня, нам в школе задали сочинение о войне написать». А она в ответ: «Нечего рассказывать. Жили…». Работала она на Мебельной фабрике, только выпускали там во время войны не мебель, а выполняли военные заказы: шили, шили, шили солдатское белье, обмундирование. Не услышала от нее ни разу бравых рассказов, что, дескать, вот мы гасили зажигалки, вот мы - сандружинницы ходили по квартирам, вот мы помогали убирать снег, вот мы… Они жили и выживали, достойно, непреклонно, навечно впечатывая свои души в душу Ленинграда. И были у них в жизни и печка-теплушка, и голоса Ольги Берггольц и Марии Петровой по радиоточке. Голос Ольги Берггольц звучал проникновенно и торжественно, а голос Марии Петровой узнавали по детским рассказам, которые она читала детскими голосами. И были звуки метронома, и объявления об опасной для бомбежки стороне улицы, и чувствовалось ледяное дыхание почти мертвого города. Почти… Моя бабушка успевала работать и на фабрике, и на оборонных работах у Ленинграда: рыла противотанковые рвы, прокладывала коммуникации по дну Ладожского озера. Тогда она впервые научилась надевать водолазный шлем, водолазный костюм и …. спускаться в тяжелой амуниции на дно озера. Она просто ходила на работу изо дня в день, что уже составляло подвиг,  возила маленькую маму на санках, набирала воду для чайника где придется, стояла в очереди за пайкой хлеба. Мама рассказывала, что когда бабушку посылали на работы на Ладогу, их, детишек, собирали в Юсуповском дворце, который выходит тылом в Солдатский садик, а фасадом – на Мойку, обогревали, кормили, с ними играли. По словам мамы, там было хорошо.  А бабушка была неутомима в работе, ее любили в коммуналке за добрый нрав и доброе слово, за помощь по мере сил любому. Моя мама была просто маленькой девочкой, она родилась за пять лет до войны, до блокады. Помнит, как бабушка «таскала» ее за собой везде, не оставляла одну, боялась бомбежек, рева сирены.

Бабушка награждена медалями «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов», медалью «За оборону Ленинграда». А моя мама, как блокадный ребенок, имеет полную подборку медалей «Жителя блокадного Ленинграда» (1996, 2004, 2009, 2010, 2015, 2019 годов).

Моя бабушка Опарина Наталья Герасимовна в 1942 году.

 

Моя мама до войны.

 

Моя мама Данилова Елизавета Михайловна в 2019 году.