Профессор РАН Оксана Альмяшева – о призвании ученого, влиянии наставников и любви к гидротермальному синтезу

Профессор РАН Оксана Альмяшева – о призвании ученого, влиянии наставников и любви к гидротермальному синтезу

Ежегодно в последнее воскресенье мая в России отмечается День химика. Заведующая кафедрой физической химии СПбГЭТУ «ЛЭТИ» Оксана Владимировна Альмяшева рассказала о том, как связала свою жизнь с химией и получила признание не только среди коллег, но и среди академиков РАН.

26.05.2023 2088

– Оксана Владимировна, как Вы увлеклись химией?

– Все привязанности зависят от личности тех, кто становится примером. Мне очень повезло с учителями по химии в школе. Первым учителем химии оказался очень обаятельный и увлеченный своим предметом человек, внешне очень похожий на актера из популярного тогда фильма «Здравствуйте, я ваша тетя» Александра Калягина. К тому же, кабинет химии был одним из самых привлекательных в школе – он был оборудован, как настоящая химическая лаборатория – по крайней мере, мне так казалось: была небольшая демонстрационная тяга, перед доской большой лабораторный стол, на котором стояли разноцветные растворы в колбах. Практически все уроки сопровождались демонстрационными опытами, причем учитель химии не только сам показывал, как протекают различные химические реакции, но и вызывал нас к доске, позволяя проводить эксперименты самостоятельно. Это было очень интересно и завораживающе. Потом он, к сожалению, ушел, но появилась новая учительница, тоже влюбленная в свое дело.

– Как Вы определялись с профилем после школы?

– Заканчивая школу, я совершенно четко понимала, что мое будущее – в белом халате на высоком химическом табурете изучать, как устроены материалы, и синтезировать их.

В старших классах нас, ребят, которые хорошо учились и планировали учиться дальше, выделили в отдельный химико-биологический класс. С нами отдельно занимались, водили в Технологический институт на Малый факультет – это была форма работы со школьниками, где один-два раза в неделю для нас проводили лекции и настоящие лабораторные работы. К примеру, у нас была большая лабораторная работа по качественному анализу, которую в школьном кабинете на тот период провести было невозможно. Я до сих пор помню, как в лаборатории неорганической химии Технологического института стояла специальная «горка» с реактивами в несколько «этажей».

На основании экзаменов по результатам обучения на Малом факультете я поступила в Санкт-Петербургский технологический институт. Еще думала подать документы в Санкт-Петербургский государственный университет, но был 1992 год, до химфака СПбГУ нужно было добираться на электричке, а я – ребенок домашний. Мама сказала: «Как ты будешь добираться – там темно, холодно и страшно?». К тому же, в университет надо было сдавать экзамены в июле вместе со всеми, а так как я на тот момент уже поступила в «Техноложку», то решила, что это судьба. И надо сказать, что не пожалела.

Подала документы на кафедру Химической технологии керамических материалов. Меня приняли. И по диплому я специалист по тонкой и технической керамике. Я окончила специалитет и, как мне кажется, получила полноценное инженерное образование. Могу спроектировать завод или, в крайнем случае, массо-заготовительный цех. Я рада, что выбрала Технологический институт. Нам не только давали фундаментальные знания, но и учили применять эти знания при решении различных, зачастую неожиданных практических задач.

– Как и когда началась Ваша научная деятельность?

– Первой пробой пера стал курсовой проект «Влияние условий обработки на цвет черепка кембрийской глины» на младших курсах института, в рамках дисциплины «Введение в специальность». Небольшая забавная работа, которая показала, что все не так просто, как кажется, и для того, чтобы сделать правильный вывод, надо учитывать огромное количество факторов. Температура обработки, среда, в которой происходит термообработка, продолжительность обработки – все это влияет на свойства конечного материала, и, как оказалось, на цвет керамики. Но самым интересным было объяснить, почему то или иное изменение параметров обработки приводит к изменению цвета. На тот период жизни на это мне потребовалось довольно много времени и литературы.

Но настоящая научная деятельность началась при поступлении в аспирантуру Института химии силикатов (ИХС) им. И.В. Гребенщикова Российской академии наук. В аспирантуру я поступила под руководство Виктора Владимировича Гусарова. Виктор Владимирович на тот момент совсем недавно перешел в ИХС из «Техноложки», возглавил лабораторию «Фазовых равновесий оксидных систем» и искал «рабочие руки». Именно моему научному руководителю я обязана всеми своими успехами.Его отношение к науке, к делу, которым занимаешься, его умение поставить задачу (причем делалось это как правило, очень мягко, например, с помощью фраз «Интересно было бы посмотреть…», «А что будет, если…» и дальше ты придумывал, как это «посмотреть». В конечном итоге казалось, что все идеи – это то, что ты придумала сама, постоянный интерес к результатам моей работы, поддержка, стали примером и, по сути, определили мою жизнь.

Я считаю, что именно ИХС – моя альма-матер. Именно там, как мне кажется, сложилось мое мировоззрение. И мне повезло, ведь там я познакомилась с замечательными людьми, многие из которых стали мне друзьями.

Тематика аспирантской работы была сформулирована как «Исследование процессов образования фазообразования и свойств материалов в системе ZrO2-Al2O3-SiO2 в гидротермальных условиях». С тех пор оксиды системы ZrO2-Al2O3-SiO2 сопровождают мою научную жизнь. Конечно, список оксидов и материалов на их основе, которыми я занимаюсь, постоянно расширяется, но диоксид циркония и гидротермальный синтез – это моя любовь.

– Какими исследованиями Вы занимаетесь сейчас?

– Сейчас большая часть моей работы – это исследование процессов формирования оксидных материалов в условиях «мягкой химии», в том числе в гидротермальных условиях, и изучение их свойств.

Например, сейчас магистранты и аспиранты, работающие под моим руководством, пытаются получить неорганические материалы со структурой двойных перовскитов, перспективных для солнечных элементов. Мы работаем в тесном контакте с московскими коллегами из Лаборатории солнечных фотопреобразователей (Институт биохимической физики им. Н.М. Эмануэля РАН), которые исследуют именно электрофизические свойства полученных нами материалов.

Большая часть исследований посвящена изучению установления метастабильных состояний и фазовых равновесий в оксидных системах различного состава в области низких температур.

Конечно, особое внимание мы уделяем поиску возможности использования наших материалов в различных областях промышленности. В частности, в области энергетики. Моя научная деятельность началась в Академии наук, где, в основном, занимались фундаментальной наукой, поэтому сейчас мне достаточно сложно найти равновесие между прикладной и фундаментальной составляющими моих исследований. Мне больше интересно изучать то, как устроен мир. Результаты исследований при таком подходе могут не находить применение в настоящем, но, дополняя картину мира, могут пригодиться ученым в будущем, к примеру, через 20-30 лет. Однако современное положение не позволяет концентрировать свое внимание только на фундаментальных исследованиях. В нашей научной группе мы стараемся искать применение полученным результатам.

– Что еще входит в сферу Ваших научных интересов?

– Основное направление и приложение моих научных интересов – это оксидные материалы. Например, один из важных для меня результатов – получение композиционного материала на основе наночастиц оксида циркония и аморфного оксида алюминия. Этот материл показал очень интересные результаты с точки зрения катализа реакции окисления водорода. Он может быть использован в системах пассивной безопасности атомных электростанций в качестве катализатора окисления водорода. Наш материал может конкурировать с используемыми сейчас катализаторами на основе платины и палладия.

Однако все же основной мой интерес – выявление влияния методов и условий синтеза на процессы формирования и свойства оксидных материалов различного химического и фазового состава.

– В прошлом году Вы получили звание профессора Российской академии наук. Что это значит для Вас?

– Это очень приятно. Это признание. Мы работаем, потому что нам это нравится, потому что интересно. Но оценка твоей деятельности коллегами – тоже очень важный аспект. Почетное звание профессора РАН отличается от звания профессора, как говорят, «ВАКовского». Чтобы получить звание профессора ВАК, нужно выполнить набор показателей: выпустить учебное пособие, ряд публикаций, курировать работу аспирантов, вести курс лекций и прочее, а также правильно оформить документы. Рассмотрев бумаги, Высшая аттестационная комиссия принимает решение о присуждении звания. Звание же профессора РАН присваивается по результатам голосования членов Академии, входящих в профильное отделение. Причем, выбор у членов Академии, как мне кажется, довольно сложный, так как в списках претендентов известные, достойные ученые. В прошлом году в нашем отделении «Химия и науки о материалах» на 10 вакансий претендовали 75 докторов наук со всей страны. И я, несомненно, очень горда тем, что вошла в состав избранных 10 человек. Это значит, что и моя работа, и результаты исследований научной школы, к которой я принадлежу, известны и ценятся научным академическим сообществом.

Но звание профессора РАН – это не просто почетное звание, которое дает диплом, почет и уважение. На плечи корпуса профессоров РАН ложится достаточно большой объем работы по экспертизе научных проектов различного уровня, прежде всего, тем и отчетов по работам, выполняемым в рамках госзадания, а также образовательная, популяризаторская деятельность и научная работа.

– Помимо того, что Вы заведуете кафедрой физической химии, у Вас есть еще и преподавательская нагрузка. Как Вы работаете со студентами?

– Я читаю курс лекций по химии в осеннем семестре для студентов 1-го курса бакалавриата, курсы для магистрантов и иногда веду лабораторные работы.

В лекционном курсе я пытаюсь, помимо обязательного материала, рассказать, что еще есть наука, это здорово и интересно, после чего обязательно кто-нибудь из первокурсников приходит к нам на кафедру попробовать свои силы. Такому желающему ставится задача – небольшой кусочек исследований в рамках научного направления. А дальше дело техники: понравилось – студент остается с нами на долгие годы, не понравилось – уходит искать себя дальше. Конечно, мы стараемся окружить вновь пришедшего заботой и вниманием, научить самостоятельно работать на имеющемся оборудовании.

Если же говорить о преподавательской деятельности или деятельности заведующего кафедрой, то надо понимать, что помимо непосредственного общения со студентами, есть еще огромное количество работы. Я очень признательна моему заместителю по учебной работе Александре Сергеевне Свинолуповой за то, что она взяла на себя огромное количество обязанностей и с блеском с ними справляется.

– Какие Ваши дальнейшие планы как ученого и как преподавателя?

– Продолжать заниматься наукой не только головой, но и руками – «стоять в тяге». Открыть в ЛЭТИ новое направление бакалавриата и магистратуры по направлению «Химия, физика и механика материалов». Я надеюсь, что у меня хватит сил и энергии это доделать. Это очень важно и для ЛЭТИ, и для развития кафедры физической химии, и для меня лично. Новое направление подготовки позволит привлечь больше заинтересованных студентов, которые станут аспирантами, а в дальнейшем и сотрудниками, преподавателями ЛЭТИ.

А еще я вернулась в Институт химии силикатов. И уже не в роли неопытной аспирантки, как когда-то давно, а в качестве заведующей новой лаборатории «Низкотемературной химии тугоплавких оксидов». Надеюсь, получится сделать так, чтобы эта лаборатория стала одной из ведущих в Институте, как та, в которой я начинала работать.

– Что бы Вы пожелали студентам и молодым ученым?

– Искать себя и свое призвание, чтобы ваше дело приносило удовлетворение. Не бояться пробовать себя в разных областях: не получилось здесь, или не увлекло – попробуйте в другом месте. За четыре года бакалавриата можно попробовать себя во многом: от науки до КВНа и театральной студии. А если после окончания бакалавриата понимаете, что вам не нравится ваша сфера деятельности, то во время магистратуры вы можете слегка изменить или кардинально поменять ее.

Полный текст интервью читайте на новостном портале LETI Today