Есть ли среди ваших родственников - блокадники?

Отправляя сообщение с помощью данной формы, вы соглашаетесь с обработкой своих персональных данных в соответствии с «Политикой обработки и защиты персональных данных СПбГЭТУ «ЛЭТИ». Все поля помеченные * являются обязательными для заполнения.

Елена Павловна Крылова, дизайнер ОСО:

– Да, мои родственники были в блокадном кольце. Семья мамы – КРЫЛОВОЙ (дев. Александровой) Евгении Фёдоровны (1928-2017) жила в Ленинградской области и попала в оккупацию в первый месяц войны. До войны её старшие брат и сестра работали в Ленинграде: Георгий (1913-2003) – в пожарной команде шофёром, сестра Евдокия (1922-1946), как лучшая ученица, была оставлена на преподавательскую работу в техникуме швейной промышленности. Оба они остались в блокированном городе и пережили все страшные дни вражеской осады. Георгий, как водитель, выезжал на тушение пожаров, также по заданию руководства возил грузы по Дороге жизни. Не один раз попадал под бомбёжки, порой чудом удавалось проскочить. Евдокия однажды во время разбора завалов после бомбёжки получила травму, вызвавшую серьёзные осложнения. Из-за этого она умерла вскоре после войны. Мой дед по линии отца сумел пережить только первую блокадную зиму и умер от голода в Ленинграде в марте 1942-го.

 

Ирина Климцова, 1-й курс ФЭЛ: – Мою бабушку с её мамой вывезли из Ленинграда ещё до начала блокады, летом 1941 года. Её отец остался в городе. Он не был военнообязанным изза порока сердца. Прадед работал на Дороге жизни. Сопровождал караваны, которые вывозили людей из Ленинграда, обратно доставлял продукты. Через некоторое время он совсем опух от голода, и его перевезли на другую сторону Ладоги, положили в больницу. Прадед не любил рассказывать о том времени: слишком тяжело. После войны семья пыталась вернуться в Ленинград. Но не получалось, т.к. в комнату, в которой они жили до войны, поселили военного. Он имел льготы и жильё не освободил. Война разлучила мою бабушку и её сестру. Та отдыхала на территории Белоруссии с моей прапрабабушкой. Они оказались в тылу врага. И даже после Победы очень долго не могли найти друг друга. Обо всём этом тяжело и больно узнавать, но это необходимо. Пусть такое не повторится никогда!

 

Дмитрий Петрович Шургаев, проректор по работе с персоналом и безопасности:

– В нашем семейном архиве бережно хранится блокадный дневник моей мамы – Нины Дмитриевны Шургаевой. Войну она встретила девятнадцатилетней студенткой географического факультета ЛГУ. Вскоре, закончив курсы медсестёр, она стала работать в одном из госпиталей. В то время её мама и сестра работали на одном из предприятий блокированного города: их эвакуировали в марте 1942 года. А летом и маму отправили на «большую землю». Отец мамы – Купцов Дмитрий Семёнович, – боец армии народного ополчения, погиб в марте 1943 года под Красным Бором, защищая блокадный город, а по сути – свою семью. Воспоминания мамы о блокаде, о переписке с отцом, о пережитом горе его потери, о погибшем в Ленинграде в январе 1942 года от голода родном брате бабушки Михаиле Андреевиче Стогове до сих пор тревожат моё сердце. В 2004 году, самостоятельно научившись работать на компьютере (в 80 лет!), мама решилась опубликовать выдержки из своего блокадного дневника. Мы с сестрой поддержали это стремление, и позже главы из блокадного дневника мамы были опубликованы в сборнике «Такая разная война», выпущенном издательством «Северная звезда» в 2017-2018 годах.