Свет и тени 1930-х

Свет и тени 1930-х

Давайте мы с вами перелистаем страницы «Красного Электрика» предвоенного десятилетия.

19.02.2018 744

Всего несколько лет минуло со времени выхода первого печатного номера газеты, а как она изменилась. Бесхитростные заметки романтичных энтузиастов о повседневной жизни вуза сменили жёсткие статьи, по стилю похожие на передовицы «Правды». Ничего удивительного – многотиражка, как зеркало, отражала изменения, произошедшие в стране. В начале 1930-х в СССР покончено с НЭПом, взят курс на коллективизацию и индустриализацию, а количество «вредителей» и «врагов народа» растёт с каждым днём…

Перед нами газета, вышедшая еще в относительно спокойное время – 12 июля 1931 года и посвященная выпускникам. На первой полосе призыв: «Выполняйте с честью звание пролетарского специалиста, с беззаветной преданностью делу рабочего класса, с большевистской настойчивостью боритесь за ударные темпы развития нашей промышленности, за перевыполнение производственных программ, за полную победу социализма!». Ниже – две статьи, по сути, конкретизирующие содержание этого призыва, и групповое фото выпускников.

Материалы внутренних полос отличаются только меньшим объёмом, но не сутью: «Выпускники – инженеры, помните наказ вождя тов. Сталина», «Будьте ударниками и на производстве», «Лозунг перегнать – проведём в жизнь»… Надо полагать, такие напутствия будут восприняты – как сообщает газета: среди 182 выпускников этого года 65 коммунистов и 49 комсомольцев, 86 человек – выходцы из рабочих. Очередная победа большевиков.

В том же тренде и четвёртая полоса – здесь нет заметок о быте, досуге, карикатур или стихотворений. Вместо них – статьи про обязательную подписку на внутренний заём, о военных сборах и «Наказ студентам, едущим на летние каникулы в деревню». В нём 22 рекомендации, как участвовать в коллективизации и ликвидации кулачества как класса. И напоминание, что каждый по возвращении в вуз должен представить отчёт о сделанном.

В газетах последующих лет много заметок, посвящённых учебному процессу, достижениям А.А. Смурова, В.П. Вологдина, С.А. Ринкевича, С.Я. Соколова и других выдающихся учёных. Они и сами часто являются авторами статей. Но в целом ощущается нарастание тревоги, подозрительности и её спутницы – агрессивности.

О том, насколько легко можно было тогда попасть в категорию разного рода «врагов», можно судить по заметке: «Дехтярёвым дать по рукам». Этот студент недостаточно серьёзно относился к занятиям по ленинизму. Однажды он смеялся и громко разговаривал с приятелем, так, что его попросили покинуть аудиторию. Подобное бывало всегда, да и сегодня частенько случается. Но, по мнению автора заметки, этот факт «должен быть расценён, как вылазка агента оппортунистических, чуждых элементов…». Усилить работу по выявлению классово чуждых элементов призывает и автор заметки: «Разоблачить Аксёновых». В качестве примера такого «элемента» приводит студента Аксёнова, недавно исключённого из комсомола, потому что тот не указал в анкете, что его отец 10 лет назад занимался торговлей. Нет сомнений, что эти ребята были отчислены. В лучшем случае…

Потому, что имелись и худшие – расстреляны, сообщает газета, «заклятые враги рабочего класса, контрреволюционеры Шатский, Зеликсон, Башкиров…». А в 1937 году под каток репрессий попал и директор ЛЭТИ А.Ф. Шинграёв, обвинённый во вредительстве, связях с «врагами народа троцкистами – активными террористами». Александр Фёдорович был реабилитирован и покинул Колыму только через 20 лет. Некоторый спад кампании поиска «врагов» наметился только к началу 1940-х. Об этом периоде в жизни газеты мы расскажем в следующий раз.

 

 


Александр Сажин